Татьяна Набатникова, известная писательница и переводчица, любезно предоставила нам право на публикацию ее переписки с Михаэлем Энде в 1992 году.

4.1.1992 Мюнхен

Дорогая Таня Набатникова,

я до сих пор медлил с ответом на Ваше письмо, так как надеялся, что до Вас дошло то письмо, которое я послал отдельной почтой вместе с книгой, но, очевидно, это не так.

Я встречал что-то подобное в Италии, где прожил 15 лет. Иной раз письмо из Рима в Генцано (это около 30 километров) шло пять месяцев. Иногда почтальон был не в духе и просто выбрасывал почту в придорожную канаву или в море, чем заполучал себе прекрасный свободный денек. Это называлось «стачкой». Не знаю, возможно ли нечто подобное в России. Во всяком случае, я написал Вам длинное письмо. В нем я высказался о существенных изменениях, которые произошли в бывшем Советском Союзе.

В западных странах, конечно, смотрят на крах социалистических и коммунистических систем с определенным чувством удовлетворения, не без самодовольства. Притом я не хочу сказать, что желание нашего народа прийти на помощь русским людям - не подлинное и искреннее. Но от него не становится более очевидным, что капиталистические системы также приведут к катастрофе, правда, посредством гигантского рынка, который теперь создается в Восточной Европе и в следующее десятилетие может двинуться дальше. Ну а потом катастрофа случится - с такой же предопределенностью, как аминь случается в церкви. Потому что проблема "свободной рыночной экономики" даже не в увеличении продукции. Можно легко, скажем, ночи напролет, удваивать и утраивать продукцию. Проблема в том, где и кто сумеет продать все эти вещи, словом, в рынках сбыта. За них идет жестокая, безжалостная конкурентная борьба. Тут, конечно, ненасыщенные рынки России или других восточноевропейских стран оказываются как нельзя кстати. Вопрос лишь в том, как смогут эти государства приобрести достаточную платежеспособность. И вот тут произносят магическое слово: инвестиции. Это значит готовность, как только появятся юридические предпосылки, инвестировать капитал в индустрию и сельское хозяйство России, чтобы там зарабатывали достаточно и могли бы купить все наши продукты. Что, в свою очередь, означает, что Россия вступит во всеобщую конкурентную борьбу за рынки, так как и она сама начнет производить. При этом положение дел не меняется, проблема только отодвигается на какое-то время. В целом же всё идет к тому, что пятая часть земного населения, которая владеет огромным капиталом, автоматически будет становиться всё богаче, а четыре пятых - всё беднее. Цену этого безумия оплачивают народы третьего мира и природа, которая идет при этом ко всем чертям - даже если людям пытаются внушить, что нужно быть хоть немного умнее и осторожнее. Леса погибают из-за несметного количества автомобилей, тут не помогают ни катализаторы, ни другие "усовершенствования". Содержание СО2 в воздухе увеличивается, при этом возникает парниковый эффект, атмосфера теплеет, океаны растут и т. д. Но никто всерьез не делает ничего, чтобы снизить перепроизводство автомобилей, так как они являются существенной частью валового национального продукта. Если бы только треть потенциальных покупателей в будущем году отказалась от автомобиля (что было бы благоразумно и потому едва ли возможно - об этом уже позаботилась реклама), то это всё равно привело бы к экономической катастрофе. Так что, пока действует наш общественный строй, у нас есть выбор только между экономической и экологической катастрофой.

Но я говорю и говорю, и даже не знаю, так ли всё это Вам интересно. Вероятно, сейчас у Вас совсем другие заботы, вроде того, где в следующий раз взять хлеб и кочан капусты. Я хорошо понимаю, что это значит, ведь я сам вырос в такое время. Тогда я бы только посмеялся над этими рассуждениями и сказал: мне бы 
т в о и заботы…

Как писатель и художник я всё-таки жду многого от открытия европейского востока. Я считаю, что для нас, немцев, связь со славянской культурой и менталитетом всегда была очень важна, важнее, быть может, чем связь с романскими культурами. В отрыве от европейского востока Германия поддалась чрезмерному американскому влиянию. Это не сделало немцев хорошими, из-за этого они потеряли свои души. Я не имею ничего против американцев, которые, насколько я их знаю, не смотря на свое бизнес-мышление, наивны и дружелюбны. Но немцы под американским влиянием… ну, это обширная тема. Я, собственно, хотел написать лишь для того, чтобы отправление моей книги ни в коем случае не было «лаконичным» или даже «по-королевски» безмолвным, как Вам это, должно быть, показалось. Сердечно Вас приветствую и желаю Вам и Вашим соотечественникам, чтобы наступающая эпоха для Вас всех не стала невыносимо тяжелой. Иногда ведь и чудеса случаются - в последнее время мы это усвоили.

Ваш Михаэль Энде

Мюнхен 23.7.1992

Дорогая Таня Набатникова,

я Вам отвечал, но мое письмо, видимо, не дошло. Нужно не терять надежду, не могут же все письма потеряться. Прежде всего, я хочу сердечно поблагодарить Вас за всё, что Вы сделали для меня и моих книг в Вашей стране. Если хотите, я могу высылать Вам время от времени что-нибудь новое от себя, без всякого умысла, просто в надежде, что это доставит Вам удовольствие. (В этот раз отдельной почтой - "Пунш желаний"). Ну а теперь сразу к теме, которая, очевидно, наиболее важна для Вас: права на печать "Бесконечной истории".

Мне кажется, я уже писал Вам раньше: у нас при заключении договора все права, включая лицензионные (иностранные издания, права на кинопрокат и показ в телеэфире и т.д.) переходят к издательству. Конечно, автор получает свой гонорар, но передача прав зависит исключительно от издательства. Так что сам я, если и захочу, ничего не смогу подписать к печати. И если Ваше издательство сохраняет законность, то ему необходимо урегулировать вопрос с обладателем прав, т.е. с издательством Тинеманн в Штутгарте. Таковы международные традиции. Во времена прежнего Советского Союза это, конечно, никого не заботило, но с правовой точки зрения тогдашние издания - просто грабительские. По сути, автор оставался с пустыми руками, не получал ничего. И только когда в западных странах стали так же поступать с русскими книгами, то бишь прекратили пересылать гонорары в Советский Союз, там почувствовали, что делают плохое дело, и Советский Союз присоединился к Женевской конвенции. Правда, из-за неконвертируемости рубля ни автор, ни издатель из Советского Союза денег получить не могли. Их в Москве (кажется) перечисляли на счет, нужно было туда ехать и там их тратить, чтобы оставить в стране. Таким образом для меня должны были перечислить по крайней мере несколько сот тысяч рублей. Но сообщения об этом я так и не получил. Как я слышал (точно этого никто не знает), эти активы вообще пропали, если их за три года не арестовали и не "подарили" русскому Союзу писателей.

Так что предполагаю, что от моих денег ничего не осталось, если там вообще когда-то что-то было. Конечно, ясно, что изменение этого прежнего отношения к общепринятой международной практике заключения договоров, которое делало иностранца практически бесправным, происходит не без серьезных трудностей. Могу представить, что Вы скажете: ах, какое мне дело до всей этой статейной и договорной чепухи! Главное, книга выходит! Она нужна нашим людям! Это прекрасно, и для меня это большая честь, за которую я от всего сердца благодарю. Тем не менее, я не могу передать права, которые я уже отдал по договору с издательством. Так что Вашему издательству нужно вести переговоры с моим. Я могу сделать только одно: могу попросить моего издателя приложить все усилия, чтобы прийти к соглашению с Вашим издательством. Правда, если у него, как я слышал, уже есть договор с другим русским издательством, дело, естественно, усложняется. В этом случае Вашему издательству надо будет связаться с тем другим и убедить его передать права. Вероятно, то, другое русское издательство (названия я не знаю, но Тинеманну оно, конечно, известно) уже не в состоянии вынести книгу и согласилось бы уступить права Вашему издательству. Это Вам просто в качестве предложения.

То, что Вы писали об абсурдном обменном курсе и спекуляции на сливочном масле, мне слишком хорошо известно из нашей собственной истории. После крушения власти нацистов у нас было точно так же, вплоть до так называемой "денежной реформы". Тогда старые деньги день за днем обесценивались, их нельзя было обменять по какому-нибудь единому курсу на новые. Их просто не было. Вместо этого каждый немец получил единовременно по 40 марок. По сути дела, в пару дней все стали одинаково бедными. Однако уже несколькими днями позже снова появились и бедняки и богачи. (Я тогда купил себе старую гитару за 40 марок). Но потом всё-таки начал действовать свободный рынок. Что-то в этом роде должно произойти и у Вас.

К сожалению, ходят слухи, что все деньги и пожертвования, которые посылаются в Россию с Запада, главным образом из Германии, там расходятся по теневым каналам и не доходят до людей. Это значит, что нашими попытками помочь лишь укрепляется мафия.

В чем нуждается Россия и другие страны СНГ в первую очередь, безотлагательно, так это, пожалуй, в действующем управлении и законодательстве. А как трудно создать что-то - это мы ощутили с нашими "новыми федеральными землями", бывшей ГДР. Хотя эти "новые федеральные земли" и пользуются поддержкой прежней ФРГ, почти невозможно быстро заменить старое коррумпированное чиновничество и другие заскорузлые структуры на новые, функционирующие лучше. Но это Россия должна вынести сама, своими силами. И притом без всякого исторического опыта демократии и свободной рыночной экономики. Это действительно чертовски сложно. Но я уверен, что у нее получится.

Ну и довольно на сегодня, дорогая Таня Набатникова. Приветствую Вас сердечно, и надеюсь, что когда-нибудь мы познакомимся лично.

Ваш Михаэль Энде

Оригинал на
машинописных листах